Альберт Шпеер: министр и личный архитектор Гитлера

Он хотел воздвигнуть здания великолепнее, прекраснее и величественнее тех, которые были построены ранее. Но он не увидел, как скажет позже, крови на руках своего фюрера. Он хотел создать оружие мощнее, смертоноснее и многочисленнее того, что ранее применялось в войнах. Но он не увидел, как скажет позже, той катастрофы, в которую его командир вверг Германию и весь мир. Он делал всё это для Адольфа Гитлера, у которого, как он скажет позже, был всего один друг – он, Альберт Шпеер.

Альберт Шпеер 1

Ранние годы.

Берлин, 1930-й год. 25-летний Альберт Шпеер и его жена Маргарет наслаждаются жизнью в столице. Они счастливы, что их провинциальное прозябание в родном Мангейме осталось позади. Технический институт. Здесь, по настоянию отца – богатого архитектора из Мангейма, Альберт Шпеер изучал архитектуру. Сам же он хотел стать математиком.

По окончании учёбы Шпеер получил место преподавателя института. Ему повезло, ведь большинство его сокурсников пополнили очередь на биржу труда. В разгар депрессии у молодых специалистов не было шансов найти работу. В атриуме Технического института почти ежедневно проходили политические митинги. Учебное заведение было оплотом национал-социалистов. Две трети студентов факультета, на котором учился Шпеер, проголосовали за них.

В начале декабря 1930-го года газета берлинских национал-социалистов «Der Angriff» сообщила, что Гитлер выступит на студенческом слёте. Демонстранты приветствовали нацистского вождя по его прибытию в Берлин. Коллеги взяли с собой Шпеера в «новый свет» в пивной бар рабочего района Нойкельн. Несмотря на демонстрации, Гитлер всё же появился вечером 5-го декабря. Где-то в переполненном зале сидел Альберт Шпеер. Он слушал речь, шумных тирад не было. Когда Гитлер заговорил об искусстве, речь его звучала обманчиво благозвучно. Позже Шпеер признался, что был покорён обаянием голоса Гитлера. Шпеер был взволнован, слова Гитлера тронули его до глубины души.

В нацистской партии.

Три месяца спустя Альберт Шпеер присоединился к национал-социалистам и стал работать на них, но не в качестве громилы СА. Его интересовали, как он потом скажет, новые задачи, поставленные Гитлером. Шпеер понимал, что фанатичный политик ещё и несостоявшийся архитектор. Геббельс, гаулейтер Берлина, в 1932-м году поручил Шпееру, как архитектору, первую незначительную работу. Его попросили обновить партийный дом на одной из улиц столицы. Его разработки отвечали растущим требованиям партии по созданию большой штаб-квартиры для официальных мероприятий. Геббельс был удовлетворён.

Шпеер, который позже скажет, что просто шёл в ногу со временем, уже тогда был личностью в нацистской партии в Берлине. Гитлер был у власти всего несколько недель, когда Шпееру представился серьёзный шанс. 1-го мая 1933-го года тысячи людей со всей Германии маршировали на аэродроме «Темпельхоф» в Берлине. На первом массовом съезде новый режим хотел продемонстрировать свою мощь и навести страх на противников. Геббельс поручил Шпееру оформление плаца. Его планы осуществились. Немного смущённый, до сих пор неизвестный архитектор разъяснял свою концепцию в первом радиоинтервью. Фюрер должен произвести особое впечатление на каждого отдельного человека. Эта мысль теперь преследовала Шпеера, и Гитлер был захвачен его идеей.

Геббельс назначил молодого архитектора начальником отдела по художественной организации массовых манифестаций. Другими словами – помощником режиссера диктаторского режима. Строительство было прерогативой профессора Поля Людвига Трооста, архитектора Гитлера. Фюрер восхищался Троостом, а тот считал Гитлера не более чем учеником, ведь фюрер когда-то сам хотел быть архитектором.

Альберт Шпеер 2

В 1920-х годах Гитлер сделал наброски грандиозных зданий своего будущего Рейха. Тогда его замыслы витали в облаках, но теперь появилась возможность воплотить их в жизнь, и Гитлер, «великий строитель», приступил к работе. Он нуждался в талантливом молодом архитекторе, человеке, который смог бы осуществить его цели, таком как Шпеер.

Личный архитектор Гитлера.

Шпеер был пока ещё малоизвестен, но ждать ему пришлось недолго. В январе 1934-го года Троост умер. Шпеер, не разработавший ни единого проекта, становится первым архитектором фюрера. Феноменальное восхождение к власти.

Незадолго до партийного съезда 1936-го года Гитлер приехал с инспекцией. Фюрер, как говорят, был потрясён, когда его архитектор продемонстрировал спецэффекты новой сцены. Декорации, ночь, прожектора. Шпеер, мастер церемонии, мог создать любой эффект. Звучит музыка Вагнера – увертюра к любимой опере фюрера «Кольцо Нибелунгов». Наивысшее достижение – колоннада света. В конце жизни Шпеер назвал это своим шедевром. Всего лишь иллюзия, но всё небо засияло. И это было лишь началом.

Величайшим проектом Альберта Шпеера явился Национальный стадион в Нюрнберге. Он вмещал 400 тысяч зрителей и стал местом проведения Олимпийских игр. Шпеер ввёл особый способ строительства зданий в Нюрнберге – «закон руин». Здания были сконструированы так, чтобы выглядеть величественно даже в разрушенном виде, подобно древним храмам.

В числе ближайшего окружения Гитлера.

Гитлеру нравилось приглашать архитектора Шпеера к себе в Оберзальцберг в Берхтесгадене. Шпеер и его жена Маргарет входили в ближайшее окружение Гитлера. Они были постоянными посетителями «Бергхофа» – резиденции фюрера. Шпеер построил себе в Оберзальцберге студию. Именно здесь Гитлер сказал ему о величайшей миссии всех времён, сравнимой лишь со строительством Вавилона и Древнего Египта. Шпееру была поручена перестройка Берлина – величайшей столицы мира, которую нацистский вождь хотел переименовать в Германию.

Альберт Шпеер 4

В начале 1937-го года Гитлер назначил Шпеера генеральным уполномоченным по строительству новой столицы Рейха и дал ему звание профессора. Первый проект Шпеера – рейхсканцелярия. Приказ начать работы поступил в январе 1938-го года. Работы нужно было выполнить в течение года, так как Гитлер хотел произвести впечатление на иностранных послов новым величественным германским Рейхом к следующему новогоднему приёму. Шпееру предстояло испытание, теперь он должен был проявить себя. Он был великим организатором, заключил контракт не с одной фирмой, а с несколькими. Таким образом, строительство началось сразу с разных точек. И именно поэтому огромное здание было закончено так быстро.

На последнем этапе строительства на стройплощадке одновременно работали 8 тысяч человек. Шпеер хотел передать здание фюреру вовремя. В строительстве использовались лучшие европейские материалы и работали самые искусные мастера Рейха. За 2 дня до сдачи объекта состоялся обход всех помещений – всё было готово. Гитлер впервые публично назвал своего архитектора гением. Мозаичная комната, длинный холл, кабинет Гитлера, для которого Шпеер сам сконструировал стол. Шпеер считал обязательным брать за основу своих работ идеи Гитлера.

Берлин Шпеера

Бранденбургские ворота. Рядом с ними должен быть построен новый центр Рейха. Большая площадка перед огромным холлом, рассчитанным на 150 тысяч человек. Это должно было стать самым крупным сооружением в мире. Старый Рейхстаг в сравнении с ним казался крошечным. А ещё – здание верховного командования Вермахта и дворец фюрера – гораздо больше новой рейхсканцелярии. Гитлер хотел, чтобы делегации покорённых народов съезжались сюда раз в год, чтобы смотреть и восхищаться. Безрассудство Германии должно было воплотиться в жизнь к 1950-му году.

Начальной стадии было достаточно. В июне 1938-го года властитель Германии продемонстрировал себя в роли великого строителя, заложив первый камень в основание нового центра туризма в Берлине и отдав, таким образом, приказ о строительстве нового великого Берлина.

Прежде всего, генеральный уполномоченный должен был освободить место для строительства зданий фюрера. Для этого предстояло разрушить 52 тысячи квартир. Людям, потерявшим жильё, Шпеер предложил замену. Представители Шпеера забрали более 23-х тысяч так называемых еврейских квартир и сдали их в аренду арийцам. Шпеер, который позже заявил, что ничего об этом не знал, сам так сказать угрожал хозяевам. Даже в Оберзальцберг отправлял отчеты о том, как идёт процесс выселения еврейских квартиросъемщиков из тысяч квартир. Дом за домом гестапо и люди Шпеера прочесывали Берлин в поисках таких квартир. С немецкой тщательностью они составляли списки с именами и адресами еврейских квартиросъемщиков и тех арийцев, которые должны были занять их места.

В ночь перед 50-летним юбилеем Гитлера в 1939-м году Альберт Шпеер устроил ещё одно шоу. Ко дню рождения фюрера генеральный уполномоченный по строительству открывает «ось восток – запад». Вновь созданная колонна победы приветствует Берлин. Шпеер снова уложился в срок. Он даже подготовил фюреру особый подарок, который ждал его в рейхсканцелярии. Гитлер был глубоко тронут. Это был 4-метровый макет его триумфальной арки. Набросок был сделан ещё 15 лет назад, а теперь Шпеер хотел воплотить замысел в жизнь. Говорят, что Гитлер провёл полночи перед этим макетом. Казалось, что триумфу не будет конца.

Альберт Шпеер 3

28 июня 1940-го года, Гитлер победитель Парижа. Он отметил момент величайшего торжества, отправившись ранним утром в город в сопровождении своего главного строителя. Гитлер мечтал об уничтожении Парижа, но теперь он захотел оставить покоренный город таким, как есть, поскольку он выглядел маленьким и жалким в сравнении с Берлином Шпеера.

Восхождение к власти.

Но война продолжалась на разных фронтах. И был человек, который знал, что войну уже выиграть не удастся – доктор Фриц Тодт, один из первых членов национал-социалистов и преданный последователь Гитлера. Организация Тодта построила Гитлеру автобаны и «Западный вал», известный союзникам под названием «Линия Зигфрида». С начала войны Тодт был рейхсминистром вооружения и боеприпасов.

Тодт считал, что война на двух фронтах – против Советского Союза и стран альянса – была гибельной. Он убеждал фюрера заключить мир прежде, чем война обернётся против Германии, но верховный главнокомандующий не внял его словам. 7 февраля 1942-го года, штаб-квартира фюрера в «Волчьем логове». Тодт снова пытался убедить Гитлера в серьёзности ситуации, но он знал, что все его старания напрасны. На следующее утро Тодт вылетел в Берлин. Самолёт разбился сразу после взлёта. Причину аварии так никогда и не установили.

В роли рейхсминистра.

И снова настало время Шпеера, и опять его сопровождала смерть. Новый министр вооружения шёл во главе похоронной процессии. С торжественной присяги началась новая глава взаимоотношений Шпеера и Гитлера. Выражая соболезнования в новом качестве, Шпеер пообещал вооруженным силам чудо. Гитлер предоставил министру полную свободу, какую Шпеер имел в бытность архитектором.

Встреча представителей немецкой военной промышленности с главой Вермахта, и первое появление Шпеера в качестве министра. Его цель – реорганизация производства вооружения. Представленная им программа основывалась на самодисциплине в промышленности. Времени на бюрократию не было. Новое оружие Шпеера поступало прямо на фронт.

Министр предлагал и поддерживал открытую дискуссию. Многие из его коллег не были даже членами партии. Он требовал одного: безотлагательного увеличения производства вооружения. Требование Шпеера было выполнено. Новый министр показал, на что он был способен. Будучи студентом, он показал это отцу, а теперь, в должности руководителя целой отрасли, фюреру.

Шпеер наслаждался властью, полученной в результате связи с Гитлером, он был просто опьянён ею, как признается позже. Гитлер пообещал, что в случае победы в войне, начнётся строительство, ведь Шпеер хотел войти в историю именно как архитектор. Но война продолжалась, несмотря на все усилия Шпеера.

В поисках рабочей силы.

Зимой 1942 – 43 годов Вермахт понёс поражение в Африке и Советском Союзе, было потеряно огромное количество оружия и снаряжения. Более 100 тысяч немецких солдат пали в боях. Под Сталинградом была уничтожена целая армия. Вермахт запросил у Шпеера 700 тысяч заводских рабочих для отправки на фронт, и министр согласился на мобилизацию рабочей силы. Люди, работавшие на подобных местах, раньше находились в запасе. Теперь же квалифицированные рабочие и инженеры призывались в армию с главных немецких военных заводов.

Шпееру нужно было прикрыть образовавшуюся брешь, поэтому к станкам стали женщины. Партийные идеологи были против: немецкие женщины призваны рожать детей. У Гитлера было ещё одно возражение. Он объяснил Шпееру, что длинноногие немецкие женщины – это не рабочие лошади, не то, что приземистые русские бабы.

Гитлер требовал привлечения заключенных концлагерей, военнопленных, и использование принудительного труда. Позже Шпеер заявил, что не имел с этим ничего общего, хотя теперь мы знаем, что это было не так. После посещения концлагерей, министр, для которого гитлеровские дворцы никогда не были достаточно большими, писал своему соратнику по партии Гимлеру, что СС следует использовать больше примитивных строительных методов, потому что бараки уже слишком хороши.

«Архитектор» вооруженных сил.

По возвращении домой Шпеер получил поддержку со стороны своих «национальных» товарищей в вопросах военной промышленности. Его самый важный союзник – министр пропаганды Йозеф Геббельс. Они появляются вместе всё чаще и чаще. А Гитлер все надежды возлагал на Шпеера. В свою очередь, Шпеер получил то, чего больше всего желал – благодарность фюрера. Гитлер поблагодарил германскую военную промышленность.

В качестве награды за признание заслуг он передал Альберту Шпееру ведомство военной промышленности Фрица Тодта. Теперь Гитлер заканчивал беседы со своим министром вооружения и боеприпасов словами «Хайль Шпеер». Шпеер теперь был архитектором вооруженных сил. Но Гитлер воевал в Первой мировой войне, Шпеер – нет. Теперь Гитлер отдавал все приказы. Такая иерархия должна была иметь далеко идущие последствия.

«Оружие возмездия» и подземные заводы.

Немецкие ракеты испытывались в Пенемюнде на одном из островов в течение нескольких лет. Шпеер одобрял производство зенитных ракет: они были небольшими, дешевыми, и срочно требовались для отражения бомбардировщиков стран альянса, которые летали выше и быстрее. Гитлер же предпочитал наступательную ракету ФАУ-2, крупную и дорогую. Шпеер склонился на сторону фюрера. Психологическое воздействие ФАУ-2 привело в восторг двух «собратьев по искусству».

ФАУ-2

Позже Шпеер писал в своих воспоминаниях: «Нелепая затея. В 1944-м году в течение нескольких месяцев армады вражеских бомбардировщиков сбрасывали в среднем по 300 тонн бомб в день, а Гитлер мог бы обрушить на Англию три десятка ракет общей мощностью 24 тонны в сутки, что является эквивалентом бомбовой нагрузки всего лишь дюжины «летающих крепостей». Я не только согласился с этим решением Гитлера, но и поддержал его, совершив одну из серьёзнейших своих ошибок. Гораздо продуктивнее было бы сосредоточить наши усилия на производстве оборонительных ракет класса «земля-воздух». Такая ракета была разработана ещё в 1942-м году».

ФАУ-2 оказалась чрезвычайно ненадежной, она стала величайшим провалом военного министра и была такой же бесполезной, как и огромные здания Шпеера в Берлине и Нюрнберге.

Система туннелей в горах Гарц была превращена в завод по производству чудо-оружия. Фюрер приказал Шпееру использовать труд заключенных концлагерей. Это был крупнейший подземный завод в мире с 20-километровыми туннелями. С 1943-го года около 60-ти тысяч рабов трудились в подземных казематах для достижения окончательной победы. Каждый третий из них не выжил. Теперь «Дора» – это мемориал, военные сооружения были демонтированы и разрушены американцами и русскими, повсюду валяются ржавые остатки старого чудо-оружия.

Сегодня с трудом можно представить себе страдания тех дней. Свет никогда не выключался, заключенных били за малейшую провинность, если кто-то засыпал – его будили крики других заключенных. Им наносили 25 ударов палкой или резиновой дубинкой, многие были повешены. В конце 1943-го года Шпеер приехал сюда с инспекцией. Тогда он назвал это варварством, а позже – нечеловеческими условиями.

В поисках радикальных мер.

В то время как первых заключенных отправляли в «Дору», 6 октября 1943-го года руководители Рейха и НСДАП собрались в замке Позена (ныне город Познань) на кризисное совещание. Шпеер хотел немедленно прекратить производство всей гражданской продукции, но гаулейтеры побоялись изменения настроений в Германии.

Взбешенный Шпеер выдвинул ультиматум старой гитлеровской гвардии. «Имейте в виду следующее: существующая практика предоставления льгот определённым районам не может быть и не будет допущена. Если мои требования не будут приняты в течение 2-х недель, я сам заявлю о закрытии. И смею вас заверить, что я заставлю представителей Рейха пойти на это, и не важно, какой ценой. Я разговаривал с Гимлером. С районами, которые не станут осуществлять мои меры, церемониться не будем».

Вслед за Шпеером пришла очередь Гимлера, его тема – «решение еврейского вопроса». Ни один политический лидер «Третьего Рейха» не смог потом сказать, что не знал об этом. Однако Шпеер позже утверждал, что не присутствовал во время речи Гимлера, так как рано уехал к Гитлеру.

Болезнь и выздоровление, слухи и сплетни.

Спасаясь бегством от ужасной правды о гитлеровском режиме и неминуемом поражении страны, Шпеер предпринял отчаянное путешествие. «Юнкерс-52» стал для него вторым домом. В отличие от Гитлера, Шпеер постоянно вылетал в горячие военные точки. Он слушал рассказы солдат, из которых узнавал истинную правду о страшной ситуации.

В 1944-м году, в середине войны, английская газета «Обсервер» писала о Шпеере: «В нём, как в миниатюре отразилась административная революция. Он мог бы присоединиться к любой другой политической партии, которая дала бы ему работу и карьеру. Он, скорее, символизирует тип человека, который становится чрезвычайно важным во всех воюющих странах, человека – знающего своё дело».

Каким бы энтузиазмом не обладал Шпеер, он понимал, что резервы страны уже выработаны. Конфликт между тем, что он думал и тем, что делал, привёл к болезни. Министр оказался в больнице СС к северу от своей официальной берлинской резиденции с января 1944-го года. Воспаление колена привело к лёгочной эмболии. Гитлер послал лучших врачей Рейха на спасение жизни своего приспешника.

Но Шпеер был изолирован от своего хозяина. Его оппоненты распространили слухи о том, что Гитлер обвинил Шпеера в провале на фронте и даже подумывал о его замене. В своём письме из больницы министр вооружения жаловался фюреру, что тот впервые выразил недовольство достижениями во вверенной ему отрасли. Шпеер почувствовал себя отвергнутым и подал в отставку. Гитлер послал в больницу курьера с сообщением: «Шпеер мне очень дорог».

Последний год войны.

В мае 1944-го года «главный оружейник Рейха» в полном здравии возвратился к работе, но его империя вооруженных сил была под серьёзной угрозой. Войска союзников уже господствовали в небе над Германией. Почти беспрепятственно тысячи «летающих крепостей» ежедневно поднимались в немецкое небо.

8-я воздушная армия ВВС США была направлена на уничтожение германской военной промышленности. В конце весны 1944-го была поставлена боевая задача, оказавшая решающее влияние на ход войны. Целью стал завод Лёйна в Мерзебурге. Там из каменного угля добывали синтетическое топливо. После потери нефтяных областей в Румынии, Мерзебург стал последним крупным источником энергии Вермахта. Американские бомбардировщики почти непрерывно атаковали немецкие топливные заводы. В конечном счете, 90 % всего авиационного топлива было уничтожено.

Шпеер отправил Гитлеру меморандум с требованием немедленно защитить и восстановить топливные заводы. Нехватка авиационного топлива грозила Вермахту катастрофическими последствиями. Но Гитлер хотел слышать только хорошие новости. Рейхсминистр вооружения и боеприпасов как всегда постарался и в середине 1944-го года сообщил о новых достижениях в производстве вооружения. Шпеер ещё на месяцы продлил безнадёжную гитлеровскую войну.

Где бы Шпеер не появлялся в последний год войны, везде он призывал людей к усиленной работе, но всё уже было бессмысленно. Сплочение под лозунгом «выстоять до конца» было, как он потом скажет, результатом, своего рода, умопомешательства.

Послевоенные планы.

Ноябрь 1944-го. Американские войска прорвали западный германский фронт и взяли Ахен. Военные заводы, расположенные вдоль Рура, оказались вдоль линии фронта и встали под удар. Зимой 1944 – 45 годов Шпеер отправляется с инспекционной поездкой в зону боевых действий. Рейхсминистр понимает, что война проиграна. Он строит планы на послегитлеровский период и начинает двойную игру. Шпееру нет ещё и 40 лет, и он намерен играть роль и после войны.

Не желая встречать победителей с пустыми руками, он стремится, по возможности, сохранить в целости немецкую промышленность. Но на фронте продолжается отступление. Шпеер убеждает Гитлера не уничтожать заводы, прежде всего на западе, а лишь временно вывести их из строя. Министр показал недюжинные способности в обсуждении конкретных вопросов с Гитлером. Он продолжал продвигать свои идеи, но всякий раз в иной форме. Он говорил Гитлеру: «Когда мы повернём ход войны (именно это Гитлер хотел услышать), мы восстановим заводы, поэтому просто выведем их из строя». Фюрер согласился.

Согласился до 19 марта 1945-го года, когда в своём телетайпном сообщении Гитлер призвал к применению политики «выжженной земли». Все заводы, которые могли оказаться в руках противника, должны были быть уничтожены. Адъютант Шпеера видел, какова была его реакция. «Он был вне себя от ярости. Он не впал в отчаяние и не собирался отказываться от своих замыслов. Он был взбешен, но среагировал так: «Я должен это остановить».

Последняя встреча с Гитлером.

Шпеер прервал свою поездку и вернулся в Берлин. В его багаже лежало написанное от руки письмо Гитлеру. «Мой фюрер, моя вера в то, что судьба изменится к лучшему, была непоколебима до 18-го марта. Но я не могу более верить в успех нашего благого дела, если мы в эти решающие месяцы станем методично разрушать основы жизни нашего народа. Поэтому я прошу Вас не совершать этот шаг, когда дело идёт о самом народе. Боже, храни Германию. Шпеер. Берлин, 29.III. 1945».

Отказ от подчинения приказам и открытая критика Гитлера. В те дни многие тысячи людей поплатились за это жизнью. Однако Шпеер был принят в рейхсканцелярии. Он вновь подтвердил свою преданность Гитлеру, такой ценой он заплатил за предоставленную ему свободу. Так простился с Гитлером человек, который позже скажет: «Если бы у Гитлера были друзья, я был бы его другом».

Три недели спустя, 21 апреля 1945 года, Альберт Шпеер покинул Берлин и отправился на север. Он считал, что его союз с человеком, который в течение 15-ти лет определял его жизнь, теперь закончился. Во Фленсбурге Шпеер хотел подготовиться к свершению новых задач, которые, как он надеялся, ждут его в период после Гитлера. Но через 2 дня, 23 апреля, события получили драматический поворот. На базе Люфтваффе он стоял в ожидании лёгкого самолёта. Маршрут: Фленсбург – Берлин.

Почему Шпеер летел назад в осаждённый город? На борту вместе с ним находился его адъютант. Теперь он нарушил молчание: «По-моему, у Шпеера было веское основание для возвращения в Берлин. По-видимому, за этим что-то стояло, поэтому он и считал полёт необходимым. Однако возможная причина была такова – он опасался, что его назовут вероятным преемником Гитлера. Это налагало бы ответственность в случае, если союзники начали бы судебные разбирательства в Нюрнберге. Хотя, это не ясно. Или же он мог понадобиться позже для восстановления Германии». Страх сделаться преемником Гитлера, вот, что привело Шпеера назад в рейхсканцелярию, в место, которое он позже назовёт «крушением всей своей жизни».

Под гром артиллерийских раскатов он шагнул вниз в бункер фюрера последний раз. Он вошёл в кабинет вместе с фюрером, там они долго разговаривали. Потом Шпеер вышел, это был его последний визит. Говорят, что Гитлер больше не упоминал о Шпеере. Покинув Гитлера, Шпеер прокрался по подземелью под зданием Берлинского правительства к своему самолёту. Его риск был оплачен сполна, Гитлер возложил ответственность за страну, оставленную им в руинах, на Карла Денница, а не на Шпеера. В завещании Гитлера имя Шпеера даже не было упомянуто.

Послевоенное время.

3 мая человек, считавший, что ему был предоставлен второй шанс, выступил с обращением к народу из радиостудии Гамбурга. «В этой войне немецкий народ показал свою солидарность, которая в будущем станет предметом восхищения, если история справедлива. В этот момент особенно мы не должны скорбеть и горевать по нашему прошлому. Только посредством упорной и трудной работы мы сможем вынести удары судьбы. Боже, храни Германию».

Альберт Шпеер 5

Спустя год Шпеер оказался единственным обвиняемым на Нюрнбергском процессе, признавшим коллективную ответственность за деяния человека, которому он продал свою душу. Однако в конце жизни он заявил, что ему ничего не было известно о преступлениях режима.

Альберт Шпеер 6

Он был приговорён к 20-ти годам заключения в тюрьме Шпандау в Западном Берлине и вышел на свободу в 1966-м году, отбыв весь срок. Альберт Шпеер умер в Лондоне в 1981-м году. Ему было 76 лет.

 



Категория: Люди | Просмотров: 38 |



Всего комментариев: 0
avatar